Сегодня передо мной весь день во всей своей полноте, без перерывов. И дальше пока только так. Оказывается, меня выводили из курса некоторое время тому назад, последовательно снижая концентрацию насильственных послеобеденных снов. А я не заметил, насколько в мерном стаканчике стало больше шума… Будто по заряженной инерции к 14:00 поддаюсь мареву. Хочется прилечь и я себе не отказываю… Собственно, не могу держаться — глаза сами закрываются и открыть уже нельзя. Ю* уверял, что это психосоматическое и никак не связано с препаратами. Верить или нет, я не знал. Всё вызывает очень большую растерянность. Принёс альбом и попросил Ю* ответить, чтобы мне стало понятно, лукавит он или нет.
Половина воскресного дня была растрачена на сопровождение отца в его небольшой поездке. Я не спрашивал, зачем ему это. И другие подробности меня тоже не интересовали. Разговоры такого толка не принято заводить. Едешь или нет, вот и всё, что нужно выбрать. Остальное, что называется, «не твоего ума дело»… Ю* был назначен ответственным за выгул хозяйского пса. Пёс должен был найти себе занятие на пару часов. Прогулка пляжем сошла за приемлемый план. Сказали, что людей в утренние часы до обеденного времени или не бывает совсем, или бывает ничтожно мало… Так в действительности и получилось.
Если я бессердечный навечно, то что там в клетке рёбер так мечется, когда задыхаюсь, глотая пламя ветра встречного? Искалеченных мыслей огарки камнем души разотру в чёрный прах…
11.02.19 — Пн | Космическое путешествие
\ Вчера ближе к вечеру меня привезли в дом и на некоторое время оставили в покое. Комната будто чужая. К ней нужно привыкнуть заново, хотя здесь только навели чистоту, больше ничего не трогая, кажется. Во всяком случае, стены имеют тот же цвет, что и до моего отъезда. Даже мебель в основном на тех же местах. Но это всё не так уж и важно на самом деле…
Первая неделя в сети, после очередного восстановления. Я склеен, неразговорчив, рёбра не выламываю, не стремлюсь покинуть территорию тумана и где-то там, в эпицентре сырых тёмных наваждений, удавиться. Ем бруснику без счёта. Скулы сводит от звонкого цвета ягод, а кислота сливается с горечью так, что вполне сносно глотается и то, и другое…
Что ж… Приказано дышать. Дышу шёпотом. Особенно сложно по утрам. Знаешь, что они сделали, пока меня не было? Вырубили садовый жасмин… Весь, понимаешь?… Абсолютно весь.
Второй сеанс с Ж* я выдержал трудно. Не хотел ехать, но отец оплатил наказание в полной мере и, как он считает, «капризы» в этом случае не пройдут. Безусловно, он прав. Я не имею возможности возражать. Как же я не люблю выходить из дома! ( Тем более в компании сопровождающих, с которыми нет никакого лада.
