Тяжело думается. Поднял архивы. Перебираю фотографии и не все ситуации, при которых это безобразие было снято, вспоминаются отчётливо. Некоторые кадры — мимоходом. Другие вовсе не могу понять, как получились. Миллионный каталог моего собственного зацифрованного, как хранилище памяти на внешнем носителе. Физическое доказательство того, что была совершена какая-то деятельность. Вот — цветочки, вот — утро или вечер, окружение, предметы, блики, тени, даже люди. И ещё целая тьма того, что снимала Н* для своей «отчётности». Капризы в разных позах и обстоятельствах.
Запишу всё же…
Ехали по городу, а я вглядывался в экран смартфона — следил за перемещением нашей точки по дорожной ленте, потому что за окном скучно, но мысли в черепе кипели бурлящей кашей. Пытался отвлечь себя, заиграть, залипнуть, зацепить буквами названий улиц и высвечивающихся то тут, то там заведений. И вдруг — вот оно! Здравствуйте. То самое слово, которое пряталось от меня всё время, пока я действительно был им в некоторой степени озабочен…
Много всего пылится в архивах. Давно бросил писать про Кипр, а про Сеул даже не начинал. Испытал мазохистическую потребность войти, чтобы запомнить здесь нижеследующее.
В последнее время я часто совершаю экспериментальные шатания по неожиданно разным локациям. Не всегда по собственной воле, но бывает, что брякну вдруг какую-то ерунду с координатами и оказываюсь там, где не должен. Таким образом отметился в нескольких дворцах-музеях, парках и на станциях общепита.
Хотел записать про пещеру кое-что, разместив вместе с оставшимися кадрами о природе, но внезапно передумал. Сделаю порознь. Не то чтобы принципиально есть что запомнить в формате «многабукаф», однако, пусть сохранится отдельной вехой. Просто так, по прихоти…
При том, что Ю* очень хорошо знает моё отношение к любым пещерам, норам, боксам, ямам и гробам, в один из дней пребывания в Абхазии было запланировано посещение природной достопримечательности, коей является Новоафонская пещера.
Я не мёртв, с%ка. Больше не хочу записывать. Никогда не буду, подумал, но Ю*, очень странный человек в белом, подложил ранее запрещённый ноутбук и подставку из багряного лака поближе к моим рукам. Тем утром я только смотрел на подношение с другой стороны постели. Дичился, но искоса разглядывал драконов на лаке. После случилась совершенная апатия и я до сна не трогал серебра. Только ждал, когда вырежут несколько часов дня из этой в абсолюте тоскливой бесцветной документалки. Всё по-прежнему. Всё-всё по-прежнему. Кроме сердца, что дало сверхрешительный сбой на отмене аэп. Hooray. Чаятельно, скорее сдохну…
Попробую вспомнить то, что не записано толком до сего момента. И как так вышло.
