— Н*, я прошу тебя взять выходной, отпуск, устрой себе каникулы… Ты же устала, правда? И хочешь отдохнуть. Я тебя замучил и надоел тебе. Ты хочешь провести время с В*. Ты хочешь. Я знаю. Возьми выходной. Хотя бы один. Н*, милая, сделай это для меня. Помоги мне. Умоляю… .
— У меня другая идея. Лучше ты мне помоги.
— ?…
Нет никаких перемен к светлому. В черепе лишь одно имя. Каждый день с утра и до вечера. Как только я открываю глаза после ночи, оно просыпается вместе со мной. Оно дышит во мне, оно живёт, замедляя скорость моего сердцебиения, постепенно шаг за шагом доводя всё тело до приступообразного удушья. Нужно бы «заняться чем-нибудь», отвлекаясь от этого наваждения, а я тихо схожу с ума… В глубине Имя сливается в единое целое с ничуть не забытым образом и вкусом белого порошка. Это хитросплетение не вытравлено изнутри до сих пор и набирает силу. Меня ломает, но пока не до хруста костей. Начало пытки — червоточина, одно сверло направлено точно в темя, другое — буравит кадык. Мы много говорим с Господином П*, с Н*, но мне до истерической испарины тяжело внимать, принимать, не бросаться на стены. Мне кажется, все слова не про то. Я хочу больше туманов, чтобы Безликие навсегда увели меня с собой. Страшнее то, что происходит сейчас…
Глотать воздуха раствор жгучий.
Пить ядом воспоминания.
Отравой памяти себя замучить,
огнём, адом отчаяния.
Я лежу на краю, на самой обочине,
ни жив, ни мёртв, невменяемо.
И слежу за тем, как быстро очень
несётся время мимо меня.
Я такой как есть никому не нужен.
Никто не питается падалью.
Таких даже Смерть не ест на ужин.
С таких крест нательный падает.
Только тени с безликими головами
за спиной моей смрадно дышат.
Я кричу непонятыми словами
без надежды, что кто-то услышит…
Это превращается в ритуал. Когда могу оказаться в сети, пролистываю безумное количество пёстрых виртуальных страниц одного ресурса. Всё в поисках съестного. Хотя нет, не ищу символы, совсем нет. Скорее механически просеиваю горький оранжевый песок букв в пустыне слов. Или воду ношу в решете. Из моря в то же море. Где ваши жемчуга, волны? Где ваши сказочные рыбы, сверкающие искрами перламутровой чешуи? Я вижу разных персонажей. Все они в процессе взросления, как насекомые, превращающиеся в имаго из нимф. Они мутируют, пытаются нащупать себя в этой суетной жизни. Одни неловкие, другие уже любуются своими крылышками, ещё не знающими ни полётов, ни солнца, ни хищников ночи. Блёстки полупрозрачных панцирей затвердеют. Краски крыльев окрепнут. Взмах! Взмах! Прощайте…
Тихо и снежно.
Я для тебя нежно
дотронусь до центра огня.
Нервно, небрежно
безумием грешным
ты переполнишь меня.
Цветом по белому
пламенно смело
скинешь с себя наряд.
В лазоревой пляске
гореть будут двое —
Нагая и Тот, кто не свят…