На стены прыгаю, кричу во мраке комнаты.
На мониторе пляшут тексты в каплях соли.
Я потерял тебя, поруганный непонятый.
Ты унесла с собой остаток слабой воли,
что я берёг для мира в мутном тихом омуте,
чем я давил от бури дна его чертей…
А ты дарила мне ошейника лазурный амулет,
и за него тянула тело в мир людей…
Я, понимая все опасности касания,
шёл за тобой. За наркотический финал,
который ты в сети наобещала мне,
тебя физическую бешено ласкал…
Ты букв моих оргазм. Хитросплетения
мерцаний слов твоих, ментально стройных фраз,
взрывали дико пошлые затмения
в том месте, где рождается экстаз…
Прости меня! Прости меня…
Я не забуду. И больше никому не причиню зла. Я дал клятву. Не снись.
У меня сейчас хорошие лекарства и я всего лишь похрипел под Н, пока она вытащила мои вскипающие мозги из сети и заставила дышать заблокированные ментальной рвотой лёгкие… Я долго лежал после, обречённо опрокинувшись на простыни постели, и много думал о том, как мне жить дальше…
Совершенно очевидно_ люди никогда не примут меня. Сколько не пытайся душить свою природу, она раздавит череп и возьмёт своё. Я пошёл к Отцу и сказал, что хочу вернуться на заброшенное место работы. Он посмотрел на меня так, словно пытался разгадать в просьбе мой очередной «закидон». Я всё понимаю. Что можно ожидать от людей, если собственный Отец не верит мне и в меня не верит? Никто не виноват. Только я. А он сказал: «Серьёзно поразмысли над этим желанием до конца недели. Если будешь здоров, в понедельник поедешь в кабинет.» Я вернулся к себе, чтобы «поразмыслить»… и всё решил окончательно. Да, я больше не хочу, чтобы меня били те, перед кем я голым лежал и скулил непотребно. Да, я не хочу терпеть недоверие, надругательства и боль. Разве это ненормально?… Мои слабости убивают меня. НАХУЙ ВСЕХ «ДРУЗЕЙ»! МНЕ НИКТО НЕ НУЖЕН! — снова закрутилось в голове старой пластинкой… Мутация началась.
Электрические агрессии, что пришлось пережить, мотаясь по ‘отеле итальяно’, доканали своей чёткой периодичностью и последствиями… Моё тело травили чем-то даже для него сильным, так, что чаще всего оно не могло ни ходить, ни стоять ровно, но я всё равно нашёл двери очередной войны… Судя по буквам, конец июня выдался слишком волнительным… Моя проблема на данную минуту заключается в том, что я ни черта не помню, что я говорил и что делал тогда, ибо сейчас это может быть важным, а я на упрёки и молчание буду силиться скрипеть головой, вспоминая хоть что-то на заданную тему… Всё это повторы. Снова и снова. Каждый раз одно и то же. Никакого разнообразия. А я настолько извне успокоенный, что мне даже не стыдно, когда я представляю разговоры о прошедшем с кем-то, кроме фигур музея…
Я напугал себя тем, что убил сайт. Вообще-то, в памяти всё перепуталось настолько, что я с трудом могу найти реальные причины такого умышленного действа, которое я считаю теперь неумышленным на все 5000%. Я его действительно убил. Изнутри. Удалил все файлы туда, откуда ничто не возвращается… если не имеет резервной копии, которая оказалась у тех, кто предоставляет услуги аренды цифровой жилплощади…
Я бессмертен. И болен…
А все, кто обижал меня сомнениями в моём умственном состоянии и сохранности совместных дел, правы в том, что я не имею паролей от общего сервера. Спасибо…
Вчерашнее рождение началось вполне традиционным образом. Меня трясло и ломало ровно с того момента, как я открыл глаза после ночи. Да, собственно, ещё четырнадцатого дня я ощущал предвестников «праздничного» нервного непослушания мозга и тела. Отвлекался на копипаст тем вечером, никакого удовлетворения это не принесло, тише в голове не стало ни на какой-нибудь жалкий децибел… Всё тщетно. Вчера я даже терял ориентацию в пространстве комнаты. На несколько секунд (минут?). Сказать иначе, я запросто потерялся в собственной спальне, вдруг предельно откровенно не узнал её стены и наполнение и чувствовал по этому поводу ужасающе яркую растерянность. Невесомость. Отвратительное давление.
Отец подарил мне оплату всех нажитых в Москве долгов, размеры которых он принял, многозначительно расплющив меня своим каменным взором, без слов, что лучше не пытаться переводить на человеческий язык…
Были звонки, на которые я оказался в состоянии отвечать только ближе к вечеру, ибо до того плавал в молоке волшебных коктейлей, влитых в вены в процессе подобия вялого протестующего зародыша скандала. С ним случился выкидыш. Я лежал тихо до самого заката страстей и солнца…
А я из-под стола как первоклассник… Ненавижу мобильную сеть, где ничерта не видно на расстоянии вытянутой руки… \ Он сказал, если всё пройдёт гладко, я поеду в столицу. !!! Всё должно пройти гладко! Пожалуйста!… Всё должно…
Пишу, если нет… Буду знать, что сам сделал себе повод повеситься…
Давай, урод моральный… не подведи меня, не лезь!… или умрёшь…
