Я вчера в тишине отправился путешествовать и заглянул в сетевое пристанище, что так люблю… Вот и зря, наверное… Или не в нём дело. Просто наболевшее вырвалось… И сначала было спокойно, дрейфовал на остатках химзащиты, послушно принятой внутрь после ужина. Прочитал много. Палитра вкусов и страстей. Было странно, потому что я осознанно, очень ясно ощутил в цвете чужую тишину. Да! Она тоже имеет цвет и это невероятно! Я и раньше всегда чувствовал молчание, но не видел его окрас. Разве что очень редко и принимал это за очередные истерические всплески моей головы. Но теперь я уверен, что любые пробелы тоже цветные! Тоже цветные, если это невысказанная мысль!
Мне очень тяжело, когда ко мне по-хорошему… Я не умею вести себя адекватно в таких случаях и теряюсь, паникую или мгновенно столбенею, отключается мозг… Мне гораздо лучше, когда меня ненавидят, презирают, жгут и оплевывают, топчат… я так привык и знаю, как принять… как должное… Это очень просто. Больно, но обыденно. От слишком частых повторений затвердевает согласие и от опыта в поглощении обид не избавиться… Плохое мне помогает в движении к Цели. Я всех ненавижу и дни в отключке верно увеличивают своё количество в год… Хорошее же ввергает душу в невесомость, где я повисаю без времени и пространства. Прострация меня тормозит и мне это не нравится…
Так вот вчера я наглотался всего так, что ощущения поссорились внутри и сомкнулись в схватке до удушья. Я заподозрил крен, когда выбросил цитату, рисовал анимациям подписи и когда пошёл на поводу порыва, наделал тем, что не собирался… Вкусы дрались. Цвета смешивались. Без соображения. В черепе кружилось. Я начал тошнотворно дёрганно хихикать… В никуда…
«Примите Духа Святого. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся»
Я совершаю много непростительного. Совершал. И продолжаю…
Я в отчаянии. Меня душит голод и желания, которые удивляют, бьются нервом в венах, приходят в жаровозбуждающих снах, заставляют ломаться, истекая ядами собственных соков. Паника, подавленная хорошими препаратами, ищет выход и ползает внутри от точки до точки, набирая силу вновь, растёт. Память зло шутит. Пальцы ледяные и анемично малоподвижные. Мысли вялые, но огромные и навязчивые, липкие, горячие. Они нагревают стенки черепа изнутри и жгут касания до красного, до равномерно тупой боли щипят, разъедая сознание. Но всё это можно было бы терпеть вполне мужественно, если бы не клетка…
+ Мне нужно уехать. Мне нужно в столицу. Срочно. Это очень важно.
+ Ни денег, ни паспорта. И если первое можно занять, украсть, заработать, то второе не достать из несгораемого отцовского плена никогда, ни при каких обстоятельствах. А ксерокопии не принимаются во внимание, даже если я завалю ими транспортников и других причастных… Я умираю. Безысходность!
На звонки уходят часы. На звонки! Не на разговоры.
«Аппарат абонента выключен или вне зоны действия сети»… Что они выдумали??
Нельзя так поступать со мной! Нельзя так! Это жестоко… Жестоко.
+ Не пытался обманывать Господина П*
+ Видятся тени. Пространство в блюре. Болят кости. В горле соль. В грудине соль. В голове соль. Давление. Тяжело. Прыгну на стены или лягу серым стеклом в потолок. Я хочу меньше проблем с несвободой или больше мутной дряни в крови. Но опять первое нерешаемо обсуждается, а второе тоже «Это не решение. Тебе больше не нужно.» (с) Как??? Я не справляюсь! «Успокойся.» (с) КАК???
Я знаю, чего они ждут. Знаю!…
+ Сеть. Побег за остовом в сеть. Поиски анестезии.
+ Одни боятся меня и я не должен их трогать. Другие боятся себя и их лучше не трогать. Третьих я сам боюсь, потому что они усугубляют запертую агрессивность моих демонов, дразнят затравленного бешеного пса лирикой, попивая роднички гнилой сказочной философии, делая сильнее его во мне, а не меня вокруг него. А.L*, ну что за узколобая пластиковость??? Какие ещё советы «по Карнеги»???! Окстись!!! Только бы не ответить, ей-богу!!! Она совсем не изменилась…
Побег за остовом — никчёмный бег по кругу страстей и порока.
Вчера ходил в «хост-сообщества». Первое блюдо было скучным и пресным. Второе неожиданно распалило так, что я не помню, чем закончилось 23:00. Нет, я не прикасался к себе и монитор от меня не в шоке, но не отпускает тяга вернуться и продолжить. ПРОЩАЙ. Я суетился и нервничал, когда минуты исчезали. ПРОЩАЙ. Я поклялся не возвращаться в одну реку дважды… ПРОЩАЙ. Знаю, чем кончится, Если. ПРОЩАЙ! Точка. | Я умираю. Ломает. Это плохо. ЭТО ОЧЕНЬ ПЛОХО.
… Буквы. У меня кислородное голодание и панические атаки на фоне тоски…
… Буквы. Мне нужен исповедник.
Я хочу. Я хочу поговорить с тобой!
Курить. Курить одну за другой, ссыпая пепел небрежно прямо на пол. Пусть!…
Сквозняки. Смотри! Сквозняки. Непослушные.
А ты послушай меня. Послушай! Так, как никто не умеет. Внимательно.
Услышь! Услышь меня! Буквы кричат. Плавятся.
Буквы заревом врываются в небесную синь и заплаканный звёздными каплями космос пересолен, мерцает и стонет черенью удушья! Спроси!
Спроси меня, как мне живётся! Почему я хочу уйти! Спроси! По-настоящему…
Я голоден. Мне холодно. Знаешь ли ты, что такое Одиночество?!…
Нет, не то, которое исправляется смехом в телефонной трубке, а то, что вечные гудки и «абонент вне зоны действия»… ?…
Ты молчишь?… Тебе рассказал бы о смерти…
Ты молчишь?… Я люблю тебя, Буквы!…
Чёрно-белые размазанные дни
в ночи красные срываются с небес.
В голове пылают жаркие огни.
Полумёртвый я к заутрене воскрес.
Разрывая параноидальный бред,
ярко пламенными вспышками кричу.
Убивая электрический рассвет,
не остаться в нём отчаянно хочу.
Напророченным проклятьем серых дней
я тону в тумане горькой нелюбви.
И порочное всевластие теней
затаилось в закипающей крови…
Когда полегчало после недавнего, полез в сеть, конечно… Видел так много! Я ем как медведь или ёж. Ем всё, что вижу. Даже зашёл на форум, чтобы побыть там, но не смог долго… Вымучил аватар и исчез. Пока трудно…
А вчера! Вчера я метался по \жж\ и \твиттеру\. По большей части там. Понял, что \твиттер\ бескомпромиссно не люблю. Это окончательно. Он меня душит, не даёт свободно мыслить, заставляет резать предложения и закатывать их в ёмкость консервной банки на 140 символов… Это не по мне. Заталкивать себя в маленькую колбу с формалином, ограничивать так жёстко ещё и в сети? Собственноручно??? Сейчас это безумие. Сейчас это никак нельзя перегнуть и сломать. Сейчас я слишком широко раскрыл глаза и увеличенные зрачки затягивают мир, как чёрные дыры, воронкой торнадо мешая все буквы и пятна в разноцветный хаотичный микс. Я возбуждён…
В \жж\ спрятал все старые записи с хронологическими тегами. Поставил эксперимент над виджетами твиттер-трансляций. Поставил. Да. Получилось… Что ещё там можно насовершать, не придумал и пошёл шататься немым гостем по стране живого журнала… Через знакомый ник попал в сообщество, где люди проводили конкурс осенних стопкадров… Я задержался. Полистал предложения. Проглотил сотню комментариев, как фисташки из хрустящего пакетика с ярким лого… И так мне захотелось побыть рядом дольше! Так захотелась! …что я закрыл страницу и сбежал в свой тёмный угол, где не слепит радуга, где страшно по-другому, привычнее…
И всё же… в каком-то немыслимом порыве нашёл свои октябрьские погони за солнцем, когда можно было гулять с фотоаппаратом в пылающем осенью парке… Потом снова вернулся в то сообщество радости… Потом снова вернулся в свой октябрь… в память… Остановился. Пришёл в себя. Опомнился… Посмотрел на звенящих оптимистов с фотокошками и салютами из золота листьев над смеющимися головами в последний раз и забыл их адрес навсегда… Я чувствую стену, о которую я больно ударяюсь, от которой отлетаю, разбиваясь вдребезги всякий раз, когда с разбега пытаюсь ворваться в любые коллективы, подчиняясь сиюминутности, слабости, эгоизму… Возбуждение остыло…
Беспросветная чернота одиночества… Заплакалось… ничего… ничего… пусть…
Скоро я, наверное, разберусь со своим октябрём… Просто так…
