Вчера с самого утра в комнате по соседству что-то чинили или переделывали и рабочие принесли с собой дрель. Конечно, не просто так. Они её включали. Точнее они не выключали её до вечера, кажется…
Я гулял дольше обычного, потому что не хотел слышать. Дышал холодом, пока не замёрз. Ходил в самый дальний угол до ворот и металлического забора. Но где бы я не находился в течение дня, меня настигал этот мерзко пронзительный подзвякивающий звук и было ощущение, что я на бесконечном сеансе лоботомии без наркоза… Н* ругала и говорила, что я слишком заострился на этом, давала что-то под язык и порошки в воду сыпала, а М.В* участливо заваривала чай с волшебством на травах и заставляла употреблять чаще, чем в меня могло вливаться… Никакого эффекта. После обеда снова завизжала дрель и я полез на стены… Наушники. Децибелы, зашкаливающие за грань добра и зла. Голова разболелась. Отключаешь музыкальные взрывы или хотя бы гасишь — слышишь дрель… И слёзы на глазах… До 16:00 мой вчерашний тихий час был самым желанным с тех пор как появился в моём расписании… То ли они все действительно заткнулись, то ли Н* вкатила мне нечто большее, чем просто сон, когда я умолял её об этом… — в назначенное время я ничего не слышал…
Вторая половина дня была слегка приглушённой, но я злился и волнообразно испытывал позывы смутного желания наброситься с кулаками на первого встречного… Кажется, удалось пережить приливы достойно… кажется…
25.03.2013
Конец своего дня феерически угробил. К слову, всё ещё трудно произносить вслух, поэтому не пытаюсь геройствовать и мой способ донести информацию до тех, кто соприкасается со мной в условиях дома прост — пишу записки… Для этого взяли специальный блокнот, у которого легко отлетают листы и я пишу, если нужно кричать… Похоже, все находят это забавным. \ Н* у М.В* зовётся «почтовым голубем». Я сам слышал, когда голубь вылетел из двери в коридор и там совершенно случайно сразу же встретил адресата, которому я настрочил про теплоту киселя, необходимого к обеду…
Так вот. Двадцать пятый вечер марта стал последним для нового блокнота, когда я закончил сетевой диалог с какой-то школьницей, буквы которой напоминали вырезки из троллинга на предмет отсутствия мыслительного аппарата в том месте, в котором ему полагается быть. Я тяжело дышал по причине буквенного несварения и Н* практически силой заставила меня выключить нотобуко. Нужно было выплеснуть мысли. Взял ближайший ежедневник. После нескольких загубленных страниц закостенели пальцы и кроме полосования и замыливания каракулями, рвавшихся под нажимом стержня, листов, я не мог произвести ничего. Выронил ручку. Заметался, пытаясь разжать чучело правой под давлением полумёртвой левой. Завыл и наслюнявил ворот. При том соображал, наблюдая со стороны, кажется… Н* опрокинула меня в сон преждевременно…
Когда я пишу, то многое произношу наяву… В диалогах перехожу на голосовое сопровождение спонтанно и говорю больше и быстрее того, что становится видимым… Сейчас нет языка. Невозможно выбрасывать из тела переработанное энергетическое сырьё сразу из всех пор мгновенно… и вот… интоксикация…
Я вчера в тишине отправился путешествовать и заглянул в сетевое пристанище, что так люблю… Вот и зря, наверное… Или не в нём дело. Просто наболевшее вырвалось… И сначала было спокойно, дрейфовал на остатках химзащиты, послушно принятой внутрь после ужина. Прочитал много. Палитра вкусов и страстей. Было странно, потому что я осознанно, очень ясно ощутил в цвете чужую тишину. Да! Она тоже имеет цвет и это невероятно! Я и раньше всегда чувствовал молчание, но не видел его окрас. Разве что очень редко и принимал это за очередные истерические всплески моей головы. Но теперь я уверен, что любые пробелы тоже цветные! Тоже цветные, если это невысказанная мысль!
Мне очень тяжело, когда ко мне по-хорошему… Я не умею вести себя адекватно в таких случаях и теряюсь, паникую или мгновенно столбенею, отключается мозг… Мне гораздо лучше, когда меня ненавидят, презирают, жгут и оплевывают, топчат… я так привык и знаю, как принять… как должное… Это очень просто. Больно, но обыденно. От слишком частых повторений затвердевает согласие и от опыта в поглощении обид не избавиться… Плохое мне помогает в движении к Цели. Я всех ненавижу и дни в отключке верно увеличивают своё количество в год… Хорошее же ввергает душу в невесомость, где я повисаю без времени и пространства. Прострация меня тормозит и мне это не нравится…
Так вот вчера я наглотался всего так, что ощущения поссорились внутри и сомкнулись в схватке до удушья. Я заподозрил крен, когда выбросил цитату, рисовал анимациям подписи и когда пошёл на поводу порыва, наделал тем, что не собирался… Вкусы дрались. Цвета смешивались. Без соображения. В черепе кружилось. Я начал тошнотворно дёрганно хихикать… В никуда…
«Примите Духа Святого. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся»
Я совершаю много непростительного. Совершал. И продолжаю…
Я в отчаянии. Меня душит голод и желания, которые удивляют, бьются нервом в венах, приходят в жаровозбуждающих снах, заставляют ломаться, истекая ядами собственных соков. Паника, подавленная хорошими препаратами, ищет выход и ползает внутри от точки до точки, набирая силу вновь, растёт. Память зло шутит. Пальцы ледяные и анемично малоподвижные. Мысли вялые, но огромные и навязчивые, липкие, горячие. Они нагревают стенки черепа изнутри и жгут касания до красного, до равномерно тупой боли щипят, разъедая сознание. Но всё это можно было бы терпеть вполне мужественно, если бы не клетка…
+ Мне нужно уехать. Мне нужно в столицу. Срочно. Это очень важно.
+ Ни денег, ни паспорта. И если первое можно занять, украсть, заработать, то второе не достать из несгораемого отцовского плена никогда, ни при каких обстоятельствах. А ксерокопии не принимаются во внимание, даже если я завалю ими транспортников и других причастных… Я умираю. Безысходность!
На звонки уходят часы. На звонки! Не на разговоры.
«Аппарат абонента выключен или вне зоны действия сети»… Что они выдумали??
Нельзя так поступать со мной! Нельзя так! Это жестоко… Жестоко.
+ Не пытался обманывать Господина П*
+ Видятся тени. Пространство в блюре. Болят кости. В горле соль. В грудине соль. В голове соль. Давление. Тяжело. Прыгну на стены или лягу серым стеклом в потолок. Я хочу меньше проблем с несвободой или больше мутной дряни в крови. Но опять первое нерешаемо обсуждается, а второе тоже «Это не решение. Тебе больше не нужно.» (с) Как??? Я не справляюсь! «Успокойся.» (с) КАК???
Я знаю, чего они ждут. Знаю!…
+ Сеть. Побег за остовом в сеть. Поиски анестезии.
+ Одни боятся меня и я не должен их трогать. Другие боятся себя и их лучше не трогать. Третьих я сам боюсь, потому что они усугубляют запертую агрессивность моих демонов, дразнят затравленного бешеного пса лирикой, попивая роднички гнилой сказочной философии, делая сильнее его во мне, а не меня вокруг него. А.L*, ну что за узколобая пластиковость??? Какие ещё советы «по Карнеги»???! Окстись!!! Только бы не ответить, ей-богу!!! Она совсем не изменилась…
Побег за остовом — никчёмный бег по кругу страстей и порока.
Вчера ходил в «хост-сообщества». Первое блюдо было скучным и пресным. Второе неожиданно распалило так, что я не помню, чем закончилось 23:00. Нет, я не прикасался к себе и монитор от меня не в шоке, но не отпускает тяга вернуться и продолжить. ПРОЩАЙ. Я суетился и нервничал, когда минуты исчезали. ПРОЩАЙ. Я поклялся не возвращаться в одну реку дважды… ПРОЩАЙ. Знаю, чем кончится, Если. ПРОЩАЙ! Точка. | Я умираю. Ломает. Это плохо. ЭТО ОЧЕНЬ ПЛОХО.
… Буквы. У меня кислородное голодание и панические атаки на фоне тоски…
… Буквы. Мне нужен исповедник.
Я хочу. Я хочу поговорить с тобой!
Курить. Курить одну за другой, ссыпая пепел небрежно прямо на пол. Пусть!…
Сквозняки. Смотри! Сквозняки. Непослушные.
А ты послушай меня. Послушай! Так, как никто не умеет. Внимательно.
Услышь! Услышь меня! Буквы кричат. Плавятся.
Буквы заревом врываются в небесную синь и заплаканный звёздными каплями космос пересолен, мерцает и стонет черенью удушья! Спроси!
Спроси меня, как мне живётся! Почему я хочу уйти! Спроси! По-настоящему…
Я голоден. Мне холодно. Знаешь ли ты, что такое Одиночество?!…
Нет, не то, которое исправляется смехом в телефонной трубке, а то, что вечные гудки и «абонент вне зоны действия»… ?…
Ты молчишь?… Тебе рассказал бы о смерти…
Ты молчишь?… Я люблю тебя, Буквы!…
