Вчера отымели так, будто я не в столицу, а в космос хочу попасть…
По возвращении, кое-как приосанившись, добрался до душевой, вывернул все краны водопада и лишь тогда меня взялось сотрясать напряжение, стремящееся вон через каждую искру ауры. Как дотерпелось, не знаю. Рыдал, зажимая рот ладонью для тишины. Не от грусти рыдал. Просто случилось…
Под водой пришёл в себя, но был совсем без сил. Я оскорбил ужин, большую часть которого вяло размазал по тарелке и не ел. Уснул сразу же. 23:00?? Понятия не имею. Намного раньше. Меня не будили. Как принимал нужное по расписанию, не слышал. Н* в этом виртуоз. Проснулся сегодня вечером. На столе билет на завтра! Не могу поверить, хотя и держу его в руках каждые несколько минут с перерывом. Мыслить конструктивно катастрофически не в состоянии…
Для неё огонь в никуда. Нельзя, закипая скверной, собой надрывать провода любимой далёкой стервы.
Срываясь пожаром в крик, я клетку свою ломаю и стали отточенной блики вонзаю в лицо морали.
Танцую бесславные па, бесовcкие телодвижения. Та, ради кого война, в безмолвия не нарушении.
Держать мне себя на цепи, отдать электричеству нервы за то, что спокойно спит далёкая лунная стерва…
Чем ближе контрольный день, тем больше липких мыслей и страхов произрастает во мне беспрепятственно. Остыть! Охладить голову! Вот что нужно сейчас. Очень нужно! Мне начинает казаться, что меня по-детски обставляют, что дозволение совершить поездку только лишь предлог и повод побудить старания быть послушным, но не более… На самом деле всё давно уже решено и я не смогу вырваться. Во время важной беседы обязательно подсунут такие провокации, чтобы споткнулся и сам был виноват при том. Если я не смогу пройти эту полосу препятствий без помарок, не видать мне посулённого… И что я делаю? Вместо медитации для достижения непоколебимости наивысшего дана дзен, клубок черноты в грудине обрастает неприглядными предчувствиями… Я не знаю, как задушить этого червя. Вижу только неудачи впереди и от того паразит жиреет и смачно гадит в душу, приумножая параноидальный хаос ежесекундно…
— Ты ведёшь дневник?
— Нет. Я даже в младших классах дневников не заводила и до сих пор не понимаю, зачем они нужны.
— Записывать себя, впечатления и события, мысли…
— Я и так всё, что мне надо, помню. Зачем записывать? Во-первых. А во-вторых, что мне там записывать, если день и ночь только связанная с тобой рутина, которую я по контракту не имею права где-либо светить, кроме как фиксировать в спецжурнале. Не имею права и не имею желания. Ещё вопросы есть?
— Наверное, нет…
— Молодец. Тащи ж%пу на массаж.
С ней все беседы заканчиваются до жути однообразно и примитивно. «Молодец. Заворачивай рукав.», «Молодец. Глотай-запивай.» Складывается неприятное ощущение, будто я постоянно «молодец»… и идиот, пятилетний к тому же…
Отец приехал. Вызывал меня на ковёр за растраты… Я ждал, что выпорет розгами, но он только высказался и этого оказалось достаточно, чтобы я на месте впал в непотребную истерику и посрамился как пятилетний шкодник…
Вся вина в том, что я не на то извёл N-ную сумму, а запрашивал на мероприятие, в чём не отказывают… Директор назвал меня лжецом, но я и вправду не думал, что мне срочно понадобится тратить на другое… Так вышло спонтанно и я не мог не совершить этот обмен, хотя видел последствия. Просто не мог. Это был шанс… Но теперь он не имеет никакого значения, потому что все письма вернулись и упали на стол, которого должны были избежать… Если кругом одни крысы, на что я надеялся?… Голова не соображает. Я кричал, что уйду в никуда, а теперь даже встать до уборной тяжело… Ничего не делаю, сплю с открытыми окнами, потому что задыхаюсь… Требовал у Н* ответа, почему совсем ватно. Она признала, что на консультации повелели успокоиться и теперь добавили в мерочный отравитель гранулу… Я же не считаю их и не помню совсем, что гремит на маленьком дне…
Вчера я опять понял, что нет у меня никакой воли и даже в успокоительном дурмане я становлюсь жертвой собственной дурноты…
За несколько дней они распоясались, как с цепи сорвались, и с трёх сторон сыпят лазурью, некоторые безбожно. А я не могу глаза закрыть. Теперь меня тянет увидеть всё это снова и снова, касаться символов и тела. Невыносимо. Я болезненно жду свежести и болезненно реагирую на её появление. А потом иду в прошлое и повторяю ощущения там. Замечаю, что любые настроения перекрываются порцией наивкуснейшей возбуждающей лазурной россыпи. Ничего не изменилось. И тот же ужас, в который я прихожу при мысли, что потеряю мораль и стану тянуть цвет силой, которой располагаю… Вот теперь и осёкся. Да, не посметь бы. Иначе, это последнее будет, когда слечу в тартар. Я хочу справиться и не утонуть в них так, чтобы невозможно было вернуться. Я не могу повторить запретное. НЕ МОГУ. Это табу отрезвляет. Память. Не позволь мне сорваться, Память. Убереги от меня всех, включая меня самого. Прошу…
Такая проблема: отчаянно желаю без остановки. Я запутался и это очень плохо. Равноценно жажду продолжения и равноценно испытываю панический страх. Пусть первое прячется за вторым и никогда не выйдет из-под худого бедного контроля. Пожалуйста…
— Ты ведёшь дневник?