Ранения
Растлевающий шлейф
Не отпускает тяжкое смятение. Мне неприятно и стыдно за слабости прорыв. Я опустошённый, истлевший, забитый. После истерики всегда намного хуже, чем до неё, так кажется… После бури должен наступать штиль и лёгкий бриз, но не тут-то было… Наверное, вчера навалилось много переживаний и воспоминаний… Наверное, катализатором это прибавилось к нервному бойкотированию Н*, что меня угнетало непрерывно, давление длиною в несколько недель… Сейчас не легче. Болит голова, я зол, меня накрыла чёрная печаль, мысли то и дело исчезают все сразу, образуя в черепе зияющие прострелы, вплоть до полной пустоты… Ничего вразумительного, только клетка грудины наполнена камнями так плотно, что раздавило в фарш колотившуюся в утреннем припадке птицу сердца…
Ревность
Не заметить этого нельзя, опасно. Меня разъедает. Я кислотный ожог с пеной по границам, к которым не подступиться. И думается, что порой всё вовсе выходит из-под контроля и горит. Ревность — рваные нелогично мощные удары током проводниками, без потери сознания, с потерей разума…
Бесноватая гордыня, калека-душа, зло, кровавым стальным сапогом попирающее обезволенное ощущение реальности… У меня гиблые галлюцинации, ядовитые мысли, красные сны… Череп наполнен взрывчаткой и где-то шипит фитиль… Я слышу это, вiжу последствия, но не могу отыскать хвост и затушить…
На стены.
Н* очень упрямая. Она мешает мне сосредоточиться, чем раздражает. Только и слышу: «Ты ведешь себя как обиженный дошколёнок!», «Не молчи, обиженка!» и всё в таком духе без злобы… Но меня почему-то все обращения замыкают ещё больше, а нестерпимая головная боль сводит с ума. Я потерял счёт дням, когда это началось… Мне бы сказать вслух, что со мной, что мне очень плохо, душно, влажно, но я лучше доползу и приоткрою окно, повисая на ручке, буду втягивать холодный воздух, волоча себя на свет из головокружения и удушья… Я больше не могу… Норри! Я больше не могу!… ( Пожалуйста, не уходи. Пожалуйста, не уходи!!! Н* Не оставляй меня… . Не оставляй меня… .
Ранен. Убит. Прощай…
Сейчас отец сделал мне официальное объявление. В январе Н* не будет работать как всегда. По субботам и воскресеньям на её место призвана другая \или другие, разные, как получится этот опыт\… \Чтто?! ЧТО???!\ Я принимаю… Недаром среди воспитательных разговоров на сеансах с Господином П* обязательно всплывала тема послаблений для Н*. Я не настолько дурак, чтобы не понимать, не ждать, что рано или поздно должна произойти такая беда… Меня долго запекали и закаляли. Вероятно, я выдержу, потому что несколько лет во мне предупреждали синдром резкой отмены рядомнахождения Н*, готовили и к этому краху, как к прочим… Я должен принять достойно… ПРИНЯТЬ ДОСТОЙНО. Так легко сказать… Но в действительности не знаю, что делать… не знаю, что со мной будет… . или знаю… Поэтому мне очень страшно… Мне очень страшно. Очень. Страшно.