Стыдно
Жалок и низок…
С утра голова была не моя. Кружилась, рвалась с гибкой оси прочь. Мне до сих пор представляются мои останки, раскиданные по углам комнаты. Кровавые чёрные пятна на стенах. Небо…
Мне нужен был костыль. Как устоять на ногах? Они мягкие как карамельная патока и плавятся, гнутся проще простого…
Где взять сил и не платить гордостью?…
Нигде.
Я полз, опираясь на вертикали коридора, в направлении тяжёлой двери из тёмного дерева, единственной непарадной двери, которая надёжно запирается на ключ с внутренней стороны тоже…
Это рабочий кабинет моего Отца…
\|/\|/\|/\|/\|/\|/\|/\|/\|/\|/\|/\|/\|/\|/\|/\|/\|/\|/ \\\\
Аутумн.
Я нашёл суррогат блюдо на замену. | Буквы не так уж похожи на лазурь, но я их ем. Хожу туда и ем их, шаг за шагом приучая к себе их хозяина. И всё для того, чтобы худо-бедно тратить обеденное время. Вот же я мразь!… Ещё, надо честно признаться,_ чтобы не заглядывать внутрь собственной головы… Там сейчас неспокойно и темно. А я боюсь. Да, панически боюсь той вязкой темноты, которая дышит тяжело и зловеще скрипит белыми хищными резцами в предвкушении отменного пира. |
Хромоногая хронология…
Опять 15-й день июня…
Детство.
Рваные переезды, внезапные перелёты, истерики, постоянная смена обстановки, за которой я совершенно не поспевал. Нулевая адаптация и стопроцентно чужие, живые, но холодные организмы вокруг. Круговерть, от которой мутило. Элитная младшая школа, где я [в связи с обстоятельствами на работе Отца] задержался дольше обычного…
Из разговора с Н. сегодня…
Она в очередной раз зашла в мою комнату точно по сигналу своего чудо-таймера и, позвякивая склянками на подносе, молча проплыла мимо, оставив шлейф горького аромата духов вперемешку с невыносимо раздражающими лекарственными запахами. Я могу наблюдать за ней часами. Мадмуазель Грация. Установила всё, что принесла, на столик возле кровати и принялась разглаживать руками скомканное постельное покрывало. [Я читал там после того, как закончились занятия по рисованию, и оставил по обыкновению ворсистые холмы, когда встал и решил быть наказанием для каких-либо других дел.] Нора щёлкнула стерильной перчаткой, отчего я вышел из своего кратковременного транса и неожиданно затеял словообмен, призрак которого уже давно (с настойчивой периодичностью) терзал моё подсознание: