Недавно, вместо того, чтобы делать рутинные упражнения, мы делали кнопки. Я когда-то нашёл заготовки, но не смог понять, как совместить в нечто вразумительное то, что собрал… Когда пришёл в отчаяние от осознания собственной недееспособности в самостоятельном изучении процесса, попросил помощи… Вот, что вышло ↑
Сегодня я так же репетировал с другими. Когда знаешь, как нужно совершать телодвижения, в каком замысловатом порядке, получается чуть быстрее. ↓
Несколько дней испытываю перепады настроения и какие-то взрывы желаний с последующим угасанием эмоций и мыслей. Так много хочется запомнить, но никак не могу разобраться в собственной голове, рассоединить все события и расставить аккуратно всё на полках памяти чувств. Хоть плачь. Непристойность, право же… Много раз собирался фиксировать будни, но в момент прикосновения к клавиатуре, атаковал сон и кисель в черепе вставал студнем, я цепенел и больше ничего не происходило… Сейчас я снова здесь и буду пытаться танцевать.
О чём хотелось бы… О чём думаю слишком долго…
Я чувствую себя виновным, когда не говорю там, где должен. Я вижу, где нужно, но не могу… из страха… Давно испытываю фобию с названием К*. Очень неоднозначная природа ужаса. Я бы хотел броситься навстречу, завить слова в кокон и законсервировать для себя это существо… навсегда… для себя одного… Но… Существо живое. У него есть желания и невыносимо горькая печаль, привкус которой источают редкие буквы… Я всё вижу… Я ем. Я рядом… Я Тварь. Онемевший призрачный пёс. «Зачем же вы так себя ненавидите?» — спросила она несколько лет назад… Я ненавижу себя. За неё и других… За прошлое, настоящее и будущее… Я ненавижу себя. За то, что эгоист, извращенец и трус. Ненавижу…
Ещё пожираю i*. Отдельная больная история. За всё время мы прикасались друг к другу ничтожное количество раз… Не знаю, с кем я сцеплялся внешними буквами меньше, чем с ней… Но то, что остаётся без видимых ответов, излизано и проглочено, исписано в черепе кипами ответных страниц и этот процесс не даёт мне покоя… Он продолжается и не отпускает… Здесь природа моей тишины имеет совершенно другой страх. Я боюсь раздавить… Странное слово, но, подходящее. Я боюсь сорваться однажды, загнать в перламутровый завиток до полного отсутствия голоса, а после накрыть собой и раздавить… Не пытаясь выманить или вытащить для слов… нет… Просто раздавить и безумно рассматривать смешение крови порезов на пальцах и серебра искрящейся пыльцы. Пусть панцирь после хрустит сахаром на зубах. Пусть с металлическим привкусом кармина, с солью, с болью, волшебством лазури. Раздавить в пыль и задыхаться. Вот, что меня пугает до неподвижности. Раздавить! И лишиться…
Я вчера в тишине отправился путешествовать и заглянул в сетевое пристанище, что так люблю… Вот и зря, наверное… Или не в нём дело. Просто наболевшее вырвалось… И сначала было спокойно, дрейфовал на остатках химзащиты, послушно принятой внутрь после ужина. Прочитал много. Палитра вкусов и страстей. Было странно, потому что я осознанно, очень ясно ощутил в цвете чужую тишину. Да! Она тоже имеет цвет и это невероятно! Я и раньше всегда чувствовал молчание, но не видел его окрас. Разве что очень редко и принимал это за очередные истерические всплески моей головы. Но теперь я уверен, что любые пробелы тоже цветные! Тоже цветные, если это невысказанная мысль!
Мне очень тяжело, когда ко мне по-хорошему… Я не умею вести себя адекватно в таких случаях и теряюсь, паникую или мгновенно столбенею, отключается мозг… Мне гораздо лучше, когда меня ненавидят, презирают, жгут и оплевывают, топчат… я так привык и знаю, как принять… как должное… Это очень просто. Больно, но обыденно. От слишком частых повторений затвердевает согласие и от опыта в поглощении обид не избавиться… Плохое мне помогает в движении к Цели. Я всех ненавижу и дни в отключке верно увеличивают своё количество в год… Хорошее же ввергает душу в невесомость, где я повисаю без времени и пространства. Прострация меня тормозит и мне это не нравится…
Так вот вчера я наглотался всего так, что ощущения поссорились внутри и сомкнулись в схватке до удушья. Я заподозрил крен, когда выбросил цитату, рисовал анимациям подписи и когда пошёл на поводу порыва, наделал тем, что не собирался… Вкусы дрались. Цвета смешивались. Без соображения. В черепе кружилось. Я начал тошнотворно дёрганно хихикать… В никуда…
Сегодня возобновились мои занятия по рисованию. То репетитор отсутствовал катастрофически, то я был совсем не в состоянии слушать и слышать что бы то ни было… Но вот обстоятельства сложились благополучно и мы встретились за столом после внушительного перерыва… Было спокойно… Жаль, что новогодние вакханалии отберут на несколько дней возможность рисовать с подсказками, но я попробую один, если не буду уставать слишком быстро от криворукости и невозможности оценить происходящее конструктивно здраво…
Господин П* приезжал ещё днём и мы говорили о затворничестве, потому что меня оно беспокоит всё больше. Я понимаю, что, заглушая себя насильно, загоняю дух в ужас внутренней клаустрофобии… и начинаются проблемы с головой. Но я докатился до того, что не могу обратиться ни к кому прямо. Я бы хотел кричать. Я говорю и рассуждаю вслух, обсуждаю всё, что вижу, сам с собой и иногда с Н*, если она инициирует общение на темы, которые меня расстраивают до потери контроля над речью наяву… Меня, сплотившись, толкают к краю, к запертой двери, с ключами для замочной скважины. А я, осознавая, что хочу себя выпустить, начинаю давиться диким страхом и паниковать, упираться и пятиться назад, в обратном направлении. Что за… _?… Достал этот идиотизм! Достали приступы битого зверя. Объяснялся. Господин П* показал мне ядро моего фобического поведения. Снова прежняя банальность. Я боюсь пускать себя к людям, потому что хочу их. Калька. Боюсь открытых окон на высоте, потому что хочу махнуть до земли, до конца. Боюсь много чего потенциально опасного, потому что есть цель — самоуничтожение. Я боюсь самоубиться, потому что хочу самоубийства, которого не хочу… Бла-бла-бла… У них всё просто. А мне что делать? Сейчас имею частые сеансы с доктором, но пока не понимаю, помогают ли они мне вывернуться из того, во что я себя завёл…
Путь Отец к 31 декабря вернётся… пожалуйста… (
Я теряю тебя, послушай_
пазлом жизни, который важен.
Каждый день усмиряю душу
свою собственную, страшную…
Ничего не выходит, видишь?
Где-то сбой, перелом системы.
Ты меня даже не ненавидишь.
Молчаливые стены проблемы…
Мы теряем друг друга, знаешь?…
Мы устали. Мечты разбиты.
Разобиделись струны клавиш…
Размагнитились наши магниты…