Послушай-ка, ты меня съела, Любимая. До капли последней, до дна меня выпила. По сердцу и вглубь коготками красивыми. Горят между рёбрами рваные выпилы.
Так ловко меня ты к обеду разделала, что плоть моя в рабстве — остов переломан. А душу мою донага ты раздела и дерзко лишила последнего слова…
От переосмысления разговора с вечерней лунной сегодня хочется вздёрнуться…
Неужели не понимает?…
Целуй меня, Ярость!
Кусай мои губы!
За жгучую страсть
я рабом твоим буду!
Сверкая внутри фейерверками бури
фантазий моих, возбуждай до дури!
И душу мою не щади! Жги,
Лунное тело, либрациями!
МЫ — всё, что в оргазме моём вижу я!
Взрываюсь от мысли: «Ты! Моя!»…
«Примите Духа Святого. Кому простите грехи, тому простятся; на ком оставите, на том останутся»
Я совершаю много непростительного. Совершал. И продолжаю…
Я в отчаянии. Меня душит голод и желания, которые удивляют, бьются нервом в венах, приходят в жаровозбуждающих снах, заставляют ломаться, истекая ядами собственных соков. Паника, подавленная хорошими препаратами, ищет выход и ползает внутри от точки до точки, набирая силу вновь, растёт. Память зло шутит. Пальцы ледяные и анемично малоподвижные. Мысли вялые, но огромные и навязчивые, липкие, горячие. Они нагревают стенки черепа изнутри и жгут касания до красного, до равномерно тупой боли щипят, разъедая сознание. Но всё это можно было бы терпеть вполне мужественно, если бы не клетка…
+ Мне нужно уехать. Мне нужно в столицу. Срочно. Это очень важно.
+ Ни денег, ни паспорта. И если первое можно занять, украсть, заработать, то второе не достать из несгораемого отцовского плена никогда, ни при каких обстоятельствах. А ксерокопии не принимаются во внимание, даже если я завалю ими транспортников и других причастных… Я умираю. Безысходность!
На звонки уходят часы. На звонки! Не на разговоры.
«Аппарат абонента выключен или вне зоны действия сети»… Что они выдумали??
Нельзя так поступать со мной! Нельзя так! Это жестоко… Жестоко.
+ Не пытался обманывать Господина П*
+ Видятся тени. Пространство в блюре. Болят кости. В горле соль. В грудине соль. В голове соль. Давление. Тяжело. Прыгну на стены или лягу серым стеклом в потолок. Я хочу меньше проблем с несвободой или больше мутной дряни в крови. Но опять первое нерешаемо обсуждается, а второе тоже «Это не решение. Тебе больше не нужно.» (с) Как??? Я не справляюсь! «Успокойся.» (с) КАК???
Я знаю, чего они ждут. Знаю!…
+ Сеть. Побег за остовом в сеть. Поиски анестезии.
+ Одни боятся меня и я не должен их трогать. Другие боятся себя и их лучше не трогать. Третьих я сам боюсь, потому что они усугубляют запертую агрессивность моих демонов, дразнят затравленного бешеного пса лирикой, попивая роднички гнилой сказочной философии, делая сильнее его во мне, а не меня вокруг него. А.L*, ну что за узколобая пластиковость??? Какие ещё советы «по Карнеги»???! Окстись!!! Только бы не ответить, ей-богу!!! Она совсем не изменилась…
Побег за остовом — никчёмный бег по кругу страстей и порока.
Вчера ходил в «хост-сообщества». Первое блюдо было скучным и пресным. Второе неожиданно распалило так, что я не помню, чем закончилось 23:00. Нет, я не прикасался к себе и монитор от меня не в шоке, но не отпускает тяга вернуться и продолжить. ПРОЩАЙ. Я суетился и нервничал, когда минуты исчезали. ПРОЩАЙ. Я поклялся не возвращаться в одну реку дважды… ПРОЩАЙ. Знаю, чем кончится, Если. ПРОЩАЙ! Точка. | Я умираю. Ломает. Это плохо. ЭТО ОЧЕНЬ ПЛОХО.
… Буквы. У меня кислородное голодание и панические атаки на фоне тоски…
… Буквы. Мне нужен исповедник.
Иногда разбитое сердце для открытий даже полезно Кто уже трижды воскресший, может без любви Иногда последняя капля падает без шума, без паник Забирай всю без остатка золотую пыль
Одно на всех сияние
Мне достаточно чтоб жить
Я готов быть одним из
Одно на всех сияние
Не согреет меня в толпе
Но и ты не подаришь тепла мне
Иногда сплетение судеб люди принимают за узел А когда воздух им нужен, только б разрубить Иногда ранимые души кажутся стальными снаружи Но если так всем будет лучше, что я здесь забыл
Одно на всех сияние
Мне достаточно чтоб жить
Я готов быть одним из
Одно на всех сияние
Не согреет меня в толпе
Но и ты не подаришь тепла мне
Иногда разбитое сердце для открытий даже полезно Кто уже трижды воскресший, может без любви