Тоска
Я видел, как за городом рождается Осень…
Облака были похожи на снежную позёмку и резала их диагональным образом тонкая белая стрела, раскрывающая тайну, тающий небесный путь самолёта…
Я думал о вечном, разглядывая далёкую воздушно-синюю ленту леса…
Может быть именно там и находится тот самый вожделенный край света…
Дымчатый мягкий горизонт… и я…
Между нами рыже-зелёное пятно выжженного солнцем луга…
Золото, ржавчина листвы. Уголь мёртвой земли. ТОСКА.
Красивая церковь — это церковь, которая горит.
Я не верю в бога. Уже не верю. Совершенно точно. Абсолютно. Истинно.
Или я не верю богу?…
Какая разница?…
Если он есть, то он слишком жесток. Если он есть, то_ чем он отличается от дьявола и кто из них большее зло? Оба заставят платить за свои сомнительные милости…
Hate.
Почти ушёл.
Диоптрические линзы жгли кожу термита. Смотрели безжалостно. Сладкий запах того, что капают в стекло стакана, когда сердце слепнет от боли, не давали. Резали по живому. Кровь пускали. Заставляли извиняться и каяться. [Молчать пытался.] Вены насиловали не раз. Всё прахом. И нельзя привыкнуть. Кричать бесполезно. Никто не услышит. Только хуже будет.
Простите, ЗВЕРИ. Я стану послушным. Вы опять победили…
Задымлёнными лёгкими молоко неба вдыхать…
Я спал. А теперь я дома. Москва продолжает утопать в едком тумане, но уже без меня… и без Луны… Моя любовь уехала в очередное путешествие от агентства, а я был доставлен к Отцу почти в сохранности. Может быть моё тело отравлено белым. Или нарушения правил затеяли свою гнусную месть. Второй день температура оболочки близка к упадку сил… Сеть манила ещё вчера, но я не смог подняться с постели не опозорившись… Сегодня всё утро растратилось зря. Я говорил с Господином П., пытался бодрее шевелить конечностями в знак доказательства относительной дееспособности… А он покачал головой и объяснялся с Н. на латинском, неровным почерком расписывая новый приговор…