Memory
15-25.02.2013 Chemistry
Планировал комнатную фармакологию. В результате получил первую пробную попытку сфотографировать хоть что-то стеклянно-опасное.
K* i* L* L*… Zero…
Несколько дней испытываю перепады настроения и какие-то взрывы желаний с последующим угасанием эмоций и мыслей. Так много хочется запомнить, но никак не могу разобраться в собственной голове, рассоединить все события и расставить аккуратно всё на полках памяти чувств. Хоть плачь. Непристойность, право же… Много раз собирался фиксировать будни, но в момент прикосновения к клавиатуре, атаковал сон и кисель в черепе вставал студнем, я цепенел и больше ничего не происходило… Сейчас я снова здесь и буду пытаться танцевать.
О чём хотелось бы… О чём думаю слишком долго…
Я чувствую себя виновным, когда не говорю там, где должен. Я вижу, где нужно, но не могу… из страха… Давно испытываю фобию с названием К*. Очень неоднозначная природа ужаса. Я бы хотел броситься навстречу, завить слова в кокон и законсервировать для себя это существо… навсегда… для себя одного… Но… Существо живое. У него есть желания и невыносимо горькая печаль, привкус которой источают редкие буквы… Я всё вижу… Я ем. Я рядом… Я Тварь. Онемевший призрачный пёс. «Зачем же вы так себя ненавидите?» — спросила она несколько лет назад… Я ненавижу себя. За неё и других… За прошлое, настоящее и будущее… Я ненавижу себя. За то, что эгоист, извращенец и трус. Ненавижу…
Ещё пожираю i*. Отдельная больная история. За всё время мы прикасались друг к другу ничтожное количество раз… Не знаю, с кем я сцеплялся внешними буквами меньше, чем с ней… Но то, что остаётся без видимых ответов, излизано и проглочено, исписано в черепе кипами ответных страниц и этот процесс не даёт мне покоя… Он продолжается и не отпускает… Здесь природа моей тишины имеет совершенно другой страх. Я боюсь раздавить… Странное слово, но, подходящее. Я боюсь сорваться однажды, загнать в перламутровый завиток до полного отсутствия голоса, а после накрыть собой и раздавить… Не пытаясь выманить или вытащить для слов… нет… Просто раздавить и безумно рассматривать смешение крови порезов на пальцах и серебра искрящейся пыльцы. Пусть панцирь после хрустит сахаром на зубах. Пусть с металлическим привкусом кармина, с солью, с болью, волшебством лазури. Раздавить в пыль и задыхаться. Вот, что меня пугает до неподвижности. Раздавить! И лишиться…
Очень тяжело.
Мозги — каша. Мир вращается с дикой скоростью. Я увяз в провокациях внешнего. С каждым днём труднее держать себя в узде. Рву поводок с силой назад. Хочу ли я сидеть на привязи? Ответ очевиден. Только вот некоторые буквы ввергают меня в экстаз, а другие в полноту омерзения и воспоминаний, в тяготы тоски. Ничего не изменилось. Ровным счётом НИЧЕГО. Для кого слова — это ничто, для того слова — это ничто и не более… Я бы убил. Я очень зол. И даже агрессивен. Но имею ли я право? Никто не имеет. В том и парадокс свободы. Все имеют право и никто его не имеет на самом деле…
Трудно не прощать. Всё равно что целенаправленно сжигать себя изнутри. Но не прощается… Чёрт! Не прощается и всё тут… Устав тела. Закон его рефлексов. И душа бессильна. Я пытался себя и так и эдак приладить ближе. Ничего не вышло. Память начинает электризовать кончики пальцев и руки не хотят идти дальше, возвращая в череп сигналы запрета. Я знал, но это не оправдывает меня перед собой. Достаточно одного удара и физическое побеждает раз и навсегда… Я морально уродлив. И раб инстинктов. Мерзко. Всё стёрто. Есть два желания: больше никогда и ровнять с землёй. Первое от тоски, второе от фамилии… И оба терзают борьбой друг с другом, не выходя из грудины, ломают мне рёбра и укладывают горизонтально без головы и решений… А потом всё с начала…
Разочарование. Преследуют демоны, апатия, ноль надежды и пустота…
Я не хочу жить…
Лазурный голод, доза, тоска…
Ты прости меня, Милая, Верная,
за молчание чёрное скверное,
за пустые страницы ответные,
за запретные языки огня…
за железо калёное по плечам,
за рассветы, которые не встречал,
и за то что в твоей голове Я,
и за то, что в моей — Ты…
…………………………………………. прости меня…