Напророчествовал. Нагадал…
Я ненавижу это…
Туплю за копипастингом, а в голове только К…
Прости меня…
Прости меня…
Как перестать быть мальчишкой, когда:
— Почему ты обращаешься со мной как с маленьким ребёнком?…
— Потому что ты мой ребёнок?
— …
Я даже не придумал, что ответить. Только посмотрел удаляющейся фигуре вслед…
Научите меня жить, господа. Научите!… Или убейте…
Сейчас наедине с собой…
Я не могу просить адекватных советов ни у кого из тех, кто мне знаком…
Да и нужны ли мне советы?… Меня ничто не спасёт… Я проклят…
Сегодня слонялся по коридору. Проходил мимо кабинета Отца. Услышал его громкий голос. Впал в транс и простоял под дверью неизвестно сколько. Слушал разговор. Слушал его тон. Поглощал его силу и от страха не мог шевельнуться, будто всё, что говорилось ярым потоком, Отец извергал в мой адрес, глядя мне в глаза, ломая мой хрупкий позвоночник неимоверной тяжестью огненной энергии своего чёрного идеально отточенного сухого и холодного голоса. Последнее: «Ты разочаровал меня. Я ожидал от тебя большего. Ты уволен. Разговор окончен.» Печать. Клеймо. Роспись. Я очнулся от того, что после некоторой тишины вспыхнуло моё имя. После чего вспыхнул я сам…
После долгих и мучительных попыток победить страх перед окончательным пробуждением, я открываю глаза. Если войны не будет, стараюсь всё делать быстро. Душ, завтрак, препараты настроения для ума и тела. У меня нет времени на созерцание. Я спешу в сеть…
Очень люблю монитор. Он показывает мне тех, кто, так же как и я, одиноко блуждает по цифровому океану в поисках собственной бухты. Я вижу тысячи глаз, собираю миллиарды букв. Просеиваю их бережно и внимательно. Пытаюсь найти золото и перламутр, чтобы съесть. Чтобы утолить голод. Чтобы не болела голова. Чтобы соль перестала жечь бледность моих полупрозрачных щёк…
Сеть — это Океан. Океан — это жидкая Соль. Соль — это Одиночество… Что такое Сеть?…
Записывать непременно!
Попеременно впадая то в боль, то в отчаяние.
Неосторожно, небрежно буквами сыпать и плевать на то, что кто попало может их съесть с жадностью или от праздности.
Я не боюсь!
Я очень смелый, когда меня касается дело эксгибиционизма и цинизма, над собственной жизнью глумления от болезненного настроения и от того, что я одиночеством выкормлен досыта…
Есть шанс, от одного до ста, что кому-то я всё-таки нужен… на буквенный ужин кушаньем…
Где ты, Мой Друг?…
Не молчи!!! Кричи! Громче кричи!… ибо я умираю…
Эгоист и параноик…
Когда осознаю, насколько велик мой паразитизм, становится страшно…
Что я сделал, чтобы получить своё право на счастье?…
Что я сделал, чтобы слово «хочу» не произносилось так завистливо и жадно…
Я воевал сам с собою…
Я умирал…
Разве этого мало?…
Дотянуться бы до запретного плода…
Только им осталось отравиться…
-Небо, я погибну от счастья?…
-Нет, придурок… Забудь об этом… Ты совершенно бессмертен…