Думаю обильно, но бессильно. В голове мозгоброжения сожжение стабильное.
Я боюсь ранений сталью. Устали густо испятнанные руки. Эти вены для лезвия, слышите, вы? Не для вечности в колотых муках.
Поймите стремлений безумия механизм. Сколько можно подкожно вливать в меня как_бы_жизнь? Не хочу. Не могу. Не должен убожеством мутным быть. Костелом, где тут выход? Не поздно пока, покажи.
Виражи коридоров белых лентой вьются. Такой лабиринт! Здесь неистово смелых прикрутят ремнями к черноте тишины… навсегда… И лежи неподвижно, и молча плачь. Вот и весь их концепт, вся религия, список задач. Это Звери.
Как же я ненавижу вас, Звери, неистово. Как ненавижу себя…
Н* вернулась сегодня и мне отлично досталось за то, что вчера позволил себе хулиганство и бунт. Да, я распоясался. Под вечер замкнуло в абсансе и я заметил лишь по числам времени в диалоговом окне, что отсутствовал. Осознал и растерялся. Не каждый раз я это замечаю. Кажется, выставился дураком в беседе \пока ещё не видел историю\, размазалась соль по лицу, давлением лихорадило пальцы. Чёрт его знает, что я нагородил. Стыд, да и только. Булка вежливая и пугливая не придумала, как подступиться ко мне с расписанием. А я вёл себя как скотина за то, что она записала в журнал состояний мой вечерний продолжительный конфуз. Н* отзвонилась, реагируя на жалобу Булки, и была убедительной в разъяснениях что да как сложится, если… С ней я тоже пытался быть скотиной, но это непросто. К тому же, тело стало отключаться, склоняясь ко сну по привычке. Уговоры Булки, повышенные тона хриплого стального голоса Н* в аппарате и буквы одной рукой помню смутно. Как и почему уснул, не помню… Сегодня весь день воспитывали. Когда-нибудь они меня уничтожат…
До утра терпит голова-камень, чтобы к сроку мне открыть глаза. Рвутся молитвы алые ткани на электрические образа. Страх режет зрачки надвое, две половинки вибрируют, а боль держит меня во сне, ждёт, когда бес её выберет сразу в главные мозговожатые, в вечные руководители. А зубы до скола сжаты и тело теряет бдительность, вдруг на пол убого валится, да густо опасность пенится…
Всё идёт слишком медленно. Мне совсем не дают собственного времени. Я сплю, потом пытаюсь вернуться в тело и как-то оживиться, тяжело глядя на мир стеклянными глазами сквозь глухоту и молоко, но только лишь забрезжит зарница в конце туннеля, мне тут же преподносят нужное — я снова сплю… Ковыряние в сайте растянулось на дни. Всё из-за этих непреодолимых обстоятельств в виде предписаний, которые И* так прилежно выполняет, что у меня все мысли только о том, как бы успеть продвинуться в задуманном хоть на долю миллиметра дальше, а не о кознях или жалобах на отсутствие личного временного пространства… Определённо, судя по всем следам, меня не гасят настолько крепко, пока рядом Н*. Сейчас утреннее просветление. Так называемое… Голова сделана из чугуна. Кажется, если изобразить колокол и расшатать язык для звона, я умру…
Очень хочу пить. Нутро совсем сухое. Но лучше сначала запомню сам себя срочно, пока имею на то силы и достаточно соображения, чтобы уловить плывущие мимо буквы, собрать их в ряды…
