Read the rest of this entry »

Она ворвалась в мою загнивающую жизнь, сжигая всё на своём пути. Я помню этот horror до самого последнего кадра. Было утро. Я умирал. Пачкал салфетки кровью и разбрасывал их по полу бутонами мятых маков и рваными крыльями карминовых бабочек. Злился. Пинал кнопки очередной погибшей клавиатуры. Говорил вслух. Маячил в четырёх стенах безудержно влево и вправо. Не хотел никого видеть. Или хотел видеть всех сразу. Голова кружилась и трещала. Соображение практически не работало. А тут ещё приказы Отца некстати: “Приведи себя в порядок. Сегодня приедет твоя очаровательная сиделка. Будет нянькаться с тобой по всей строгости. Приглядись к ней, кстати. Развейся.” “Очаровательная.” - крутилось в голове и отравляло. Хотелось вылететь в окно, стремиться к асфальту, раскинув руки, орать дурью, пока не выключится свет. Навсегда… Read the rest of this entry »

Вчера завёл себе виртуальный аквариум. Рыбки так объелись, что я думал найти их мёртвыми сегодня… Хорошо, что я ошибался… У меня для них так много корма!… Read the rest of this entry »

Это было несколько лет назад. Я Hitori… Спасался в сети от очередного приступа безумия, возымевшего на мою голову все безоговорочные полномочия после рядового, но тогда ещё непривычного, феерически дикого псевдо-расставания с Луной. Полина вытянула из меня все жилы. Я ревновал. Бросался на стены. Она от всей души лепила мне мозговые ранения одно на другое, кричала: ”Достал ты! Что хочу, то и делаю! Пошёл вон! Ты ничем не заработал право предъявлять мне свои больные ультиматумы!” и прочее, не менее красное… Зная о том, что я извращённо воспринимаю её крики, не давалась мне в руки. Дразнила. Резала. Травила ухмылками. Наотмашь секла несогласием своим и непокорностью… Когда кончились сцены, я хотел отомстить всему миру за то, что, возвращаясь домой полуживым, я часто не успевал прикусить приготовленное полотенце для вспышек…  Read the rest of this entry »

Он загубил моё очередное извращённое самоубийство, потому что перепутал меня с какой-то абстрактной долговязой девчонкой… Он несколько часов волочил моё совершенно незнакомое и ободранное тело к дому, даже после того, как я рефлекторно выплеснул содержимое своего желудка прямо на фасад его любимой футболки… Он долго смеялся над предложением Отца “дружить” со мной и получать за это зарплату, но согласился почему-то… Он умудрился не только не сбеситься на джазовом марафоне, но и параллельно скрасить одиночество сразу паре любительниц золотых саксофонов… Он несколько раз по неосторожности, от излишнего задора и элементарной невинной игривой глупости вызывал у меня настоящие припадки и не изменил своего мнения обо мне после всего, что пришлось увидеть… Он нырял за мной с моста в ледяную воду… Он отказался от своей зарплаты и приезжал через города просто так… чтобы похлопать меня по плечу и посмеяться… Он всегда с воодушевлением поддерживал все мои дурные идеи и в то же время бесконечно спорил и соревновался со мной по любому поводу… Он даже дрался со мной!… И всегда побеждал… Read the rest of this entry »

Помните ли?… И ты, Зеркало… и ты, Маленькая готическая Лолита…
Так странно… Я пришёл с настроением в минус, а ушёл с парой самых прекрасных имён того подгнивающего хранилища специфического образа мыслей… Ушёл с лучшим из всего, что могло произойти со мной в сети… И как бы я не был зол, я благодарен чёрному цифровому дому за то, что в нём оказались вы… И только по одной лишь этой причине он заслуживает свою www жизнь… Так. Очень просто… Спасибо вам… ЗА ВСЁ.

Трилогия вспышек, вырванных из памяти. [1]
Трилогия вспышек, вырванных из памяти. [2]

Ещё несколько месяцев жизнь размеренно текла мимо… Вещью вернули домой. Пришибленного и ошпаренного, с мутной поволокой в слезоточивых глазах и отсутствием всяких желаний… Мир был погружён в кисель и работал в режиме slow motion… Но мне на это всё было безгранично и абсолютно искренне наплевать. Отец как всегда отсутствовал, пропадая в рабочих разъездах. Ко мне приставили пышную и румяную деву-сиделку, лицо которой постоянно выражало всё очарование лопаты для снега… Полусон и тишина… Тик. Так. Тик. Так. Тик… Так…
Долго был взаперти. Боялся сам себя. Боялся вертикалей. Боялся, что картины снова станут шевелиться и шипеть. Оттого оголил обои полностью, без сожаления растащил всю настенную шелуху подальше от собственной спальни.
День за днём… Тик-так… Тик-так… Тик-так… Время сгорало и ничего не происходило. Совершенно ничего… Я был заморожен и заторможен. Но однажды проснулся от телефонного звонка. Остатки сна в голове не давали понять окончательно происходящий словообмен. Это Лика. Её голос можно было узнать из миллиона даже в том состоянии, в котором я себя к тому моменту утопил. Звонкий, пронзительный, режущий слух, почти визг. Отвратительно. И я встрепенулся. Лика фотограф (по крайней мере она так думает). Латышские предки. Магия полупрозрачной кожи. Хорошая память. Умоляла притащить «для натуры» мои глаза. Упирался бараном. Говорил, что глаза полумертвы и никуда не годные, но девочка терпеливо переупрямила меня и я сдался, не имея желания и сил к должному активному сопротивлению. Медикаментозная апатия превратила Кillzero в пластик для ручной лепки, в хлебный мякиш. [ Да, чёрт возьми! Берите меня и имейте как хотите! Только заставьте Лику убавить невыносимый ультразвук: «Ну, пожалуйста! Пожалуйста! Пожалуйста!!!» ]
Read the rest of this entry »

Трилогия вспышек, вырванных из памяти. [1]

Несколько месяцев взаперти. Мало что помню. Чужая страна и отчётливый вкус горечи на языке. Возвращение домой – щедрый подарок. Каждый день я выходил к обеду с желанием пасть на колени и кричать «Прости меня!!!». Кричать до тех пор, пока не услышит Бог Отец, пока не получу прощение за то, что я такой выкидыш и жертва. Но однажды он, чинно закончив трапезу, посмотрел мне в глаза и сказал:
- Вчера два сотрудника хвалились достижениями своих детей. «Мой сын изучает бизнес и право», - говорил один. «Мой сын будущий адвокат», - говорил другой. «А мой – скандалист, бездельник и наркоман», - подумал я.
Молчание. Рана открылась остро. Я понял, что никогда не освобожусь за всё, что блистательно успел вытворить в забытии и в погоне за выполнением хаотично составленного плана, который был утерян полностью в процессе жаркого выполнения…
Read the rest of this entry »

Она опять проснулась раньше бреда…
и кофе убежал так непослушно…
Измятой пачки житель-сигарета
(её единственная верная подружка)
присядет с ней за белый столик кухни,
вдохнёт и выдохнет печально и уныло
всё одиночество… и серость тихих будней
вдохнёт и выдохнет своим бессильным дымом…
В стекле оконном плачет отраженье.
Причины нет. Зачем для слёз причины?…
Быть может, это бунт мировоззренья…
а может, просто утро… без мужчины…

Read the rest of this entry »

Сейчас наедине с собой…
Я не могу просить адекватных советов ни у кого из тех, кто мне знаком…
Да и нужны ли мне советы?… Меня ничто не спасёт… Я проклят…

Сегодня слонялся по коридору. Проходил мимо кабинета Отца. Услышал его громкий голос. Впал в транс и простоял под дверью неизвестно сколько. Слушал разговор. Слушал его тон. Поглощал его силу и от страха не мог шевельнуться, будто всё, что говорилось ярым потоком, Отец извергал в мой адрес, глядя мне в глаза, ломая мой хрупкий позвоночник неимоверной тяжестью огненной энергии своего чёрного идеально отточенного сухого и холодного голоса. Последнее: “Ты разочаровал меня. Я ожидал от тебя большего. Ты уволен. Разговор окончен.” Печать. Клеймо. Роспись. Я очнулся от того, что после некоторой тишины вспыхнуло моё имя. После чего вспыхнул я сам…

Read the rest of this entry »

С самого утра началось волнение от ожидания. Ждал чего-то… сам не знаю, чего именно… Всегда так. День рождения.
До пятнадцатилетнего возраста я получал подарки только от Отца. У меня не было друзей, которых можно было позвать на праздничный ужин. После пятнадцати появились ужины, но по-прежнему не было друзей… Рядовые вечеринки с гостями, большую часть которых я видел в первый и последний раз. Какие-то имена, какие-то лица… Сборища для заполнения вакуума. Просто для того, чтобы не оставаться одному в комнате со стенами, расплывающимися от солёной воды одиночества, страха и пустоты… Когда я понял, что искусственно созданный балаган не помогает мне убежать от себя хотя бы на один убогий день, цирк был закрыт. Я снова остался один и спрятаться было негде.
День рождения - это тот день, когда ты вновь и вновь понимаешь, насколько бездарно ты потратил очередной набор “365″. И становится больно.
Read the rest of this entry »

“Мне больше нечего тебе сказать”… (c) . . .

Я был в том возрасте, когда бурлящие гормоны берут всё из чего ты состоишь под свой единовластный контроль.
На одном из множества одинаковых “великосветских” и до жути “богемных” фуршетов познакомился с модной эксцентрической парой.
Он. Фотограф, делающий снимки какого-то неимоверного дерьма и при этом искренне верующий в то, что причастен к уникальному элитному искусству стиля “избранных” …
Она. Его любимая модель, соглашающаяся на то, чтобы он совершал свои безумно сомнительные вижуал-эксперименты, используя её тело в качестве гарнира. Всегда немного неадекватна, всегда на что-нибудь опираясь, смотрела она на происходящее, надевая маску с улыбкой похотливой рыбы Дурман…
Я был заинтересован в подобных знакомцах, т.к. делал всё возможное, чтобы досадить Отцу, отчаянно привлекая его бесценное внимание самыми отвратительными выходками, на которые только был способен. Сжигая попытки по очереди, я маркировал скончавшиеся шансы (один за другим) скорбной отметкой “использовано-бесполезно-безрезультатно”…
Участвовал в перфомансах андеграунда. Фотографировался обнажённым. Устраивал скандалы и драки, не разбираясь в статусах и рангах оппонентов. Шумел и всячески извращался в безудержной форме… И иногда семейные ссоры были для меня настоящей наградой за все титанические “старания”. Стать видимым для Господина в сером костюме! Стать видимым для одного только Господина Отца…
В этот промежуток времени я столкнулся “нос к носу” /смех сквозь слёзы/ с первым любовником моего мозга…
Read the rest of this entry »

Я всегда рисовал всякую ерунду. С самого детства. Разноцветно пачкал альбомы химическими соединениями радуги и не замечал, что Отец постоянно (без лишних предлогов) подсовывает мне разносортные принадлежности для взаимодействия с бумагой (и не только с ней)…
Я был слишком туп для того, чтобы принимать этот факт, как намеренное побуждение к совершенно определённым действиям с моей стороны… Или я был слишком увлечён своими бесспорно важными стенаниями по поводу и без… Не знаю…
На предложение пригласить учителя, когда-то ответил объявлением очередной войны и обещаниями из дома убежать…
Какой же идиот! Без головной боли от стыда вспоминать просто невозможно…

Оказывается, Отец видел все мои каракули…

Read the rest of this entry »

31 декабря, не дождавшись её телефонного звонка, я умер…

Read the rest of this entry »

Только в феврале я смог понять, что смерть опять не захотела иметь со мной дело…
Очередное предательство с её стороны…
Скорее всего, именно оно будет последним…

P.S. Закончил переносить свои старые записи “до”… А потом будет 2009 и вечность…

Я так и не привык к этому слову…
В течение года я отчаянно осторожно пытался примерить его на себя и на тех, кто стал мне очень дорог…
Я пытался… действительно… я хотел быть достойным… и ничего не сделал, чтобы получить этих людей целиком…
Я смог. Справился с собой и никого не съел…
Я герой.

Read the rest of this entry »

Много лет подряд мы с Отцом вновь и вновь садимся за “праздничный” стол…
Отец (совершеннейший атеист) и я (католик, навсегда отказавшийся верить в циничного бога смерти).
Мы отмечаем Рождество.
Трагикомедия.
Это семейная традиция, или привычка, или…
С каждым годом вина в моём бокале становилось всё меньше и меньше, а сегодня ночью это был просто вишнёвый сок…

Я злился, язвил, шутил скабрезно, пытался ёлку свалить прямо на паркет…
Не знаю, что на меня нашло…
Я ещё никогда не позволял себе так мерзко огрызаться, отвечая на очень даже справедливые замечания, касающиеся моего гнусного поведения…
Всегда - да, но не в Рождество же?!
Что со мной??? (((

Я хотел просто посидеть за столом и поговорить ни о чём или обо всём, а сам сделал невероятное для того, чтобы меня (в конце концов) попросили покинуть праздничное помещение и освежиться…
“Иди успокойся и подумай хорошенько. Если не поможет - отправишься спать.” (с)

Я стоял на улице и думал. Плавил снег. Слышал пустоту и чёрные всполохи. Голова болела. Я никому не сказал. Не успел…
Вернулся к ним и по непонятным причинам сознание потерял…
Больше ничего не помню… Говорят, что приступа не было… Было тихо… Почти не дышал…
Очередное Рождество можно считать отмеченным…

Вот и всё, кажется. аmen…