Полумесяца белозубый оскал
полусон потерял в полусне.
И повеситься приглашала тоска
на ночной новогодней сосне…
между бликами разноцветных шаров,
между кольцами серпантина,
над подарочным ворохом катастроф,
под снежинками кокаиновыми…
Мне бы выбелить стены моих миров!
Мне бы выкрикнуть “ДА!” весне…
Но я всё же повешусь от красных снов
на зелёной и злой сосне…
Невыносимо… Каждые пять минут лезут в дверь и изучают состояние духа… Смешно… Думают, достаточно посмотреть в глаза и поймут любые намерения… Наивно. В эту полночь не будет вспышки. Я же обещал! Ах… забыл, что мне не верят. Руки кусают сталью. Внутрь тишину пихают разными способами с самого утра. А я готов делать всё, что скажут. Я же мальчик-шлюха. Я прекрасно обучен. Без слов умею принимать и терпеть. Мне так тоскливо и мутно сейчас, что обещание начинает пугающе тлеть…
Таскаюсь по сети. Ни единой буквы не могу из себя вытрясти. Как тошнота в горле, не идущая дальше. Как пакет на голове, крепко затянутый шнуром в районе шеи…
Хочу плакать. Разрыдаться-раскричаться так, чтобы задохнуться и упасть…
Не хочу думать. Чистили снег и сбили сосульку, которую я нянькал почти месяц. Желание - есть хрусталь льда. Желание съесть хрусталь льда. Желание есть. Но нет льда. Это категорически глупо и вполне по-хрустальному. Всё разбито вздребезги…
