Вчера мне нужно было фотографировать полумесяц. Не знаю зачем… Просто очень было нужно. Поехал…

Вспоминал Омара Хаяма почему-то… Он размышлял забавно иногда…

Я бы его словами обратился…
К людям:
Я презираю лживых, лицемерных молитвенников сих, ослов примерных. Они же, под завесой благочестья, торгуют верой хуже всех неверных.
Будешь в обществе гордых ученых ослов, постарайся ослом притвориться без слов, ибо каждого, кто не осел, эти дурни обвиняют немедля в подрыве основ.
Мой враг меня философом нарек, – клевещет этот злобный человек! Будь я философ, в эту область горя – на муки, не пришел бы я вовек!
К небу:
Небо! Твоими веленьями я не доволен, я не достоин оков твоих, слаб я и болен. Ты благосклонно к безумным и неблагородным? Так погляди: я безумен, в себе я не волен!
Небо! Вечно в сражении ты и в борьбе со мной, для других ты бальзам, для меня ж недуг ты злой. Долгий прожил я век, примириться хотел с тобою, все напрасно! – Опять на меня ты идешь войной!
Если небо враждует со мной, – я готов на бой. Доброй славы лишен, – я готов на позор любой. Кубок полон рубиновоцветным пенным вином… Ты готов ли? Невидимый меч занесен над тобой!
К Ангелу и Наказанию моему:
Я пред тобою лишь не потаюсь, – своей великой тайной поделюсь: любя тебя, я в прах сойду могильный, и для тебя из праха поднимусь.
А сам себя чувствую вором:
Вхожу я под купол мечети суровый, воистину – не для намаза святого. Здесь коврик украл я… Но он обветшал, и в доме молитвы явился я снова.

(Прости, Омар. Я копался в твоей голове… Не надо было говорить со мной так явно. Я невиновен!)…